Общество и кино

Кинематографическая жизнь общества, если взглянуть на нее с социологической “колокольни”, представляет собой не что иное, как взаимодействие огромного количества людей различных социальных категорий, различных социальных общностей – кинодраматургов, режиссеров, актеров и так далее, включая публику. В условиях сегодняшней демократизации нашей жизни становится особенно ясно, что КПД кинематографа напрямую зависит от того, насколько его функционирование и развитие строятся на выверенном балансе интересов всех причастных к нему людей, всего общества в целом.

В данном отношении у нас в России – и это давно уже не секрет – есть серьезнейшие упущения. Так, к интересам и запросам зрителей при случае апеллируют все категории работников кино, ими постоянно произносится изречение итальянского режиссера Джузеппе де Сантиса: “Кинематограф – это зритель”. Но вот в прошлом году в одном из номеров журнала “Искусство кино” появилась большая статья Д. Б. Дондурея, в заглавие которой вынесен вопрос:

“Кому он нужен, этот зритель?”

В самой статье настойчиво проводится мысль, что зритель-то как раз никому и не нужен – ни управленцам кино-ведомства, ни творческим работникам, ни кинопрокатчикам, ни кинокритикам. И по большому счету так оно и есть при всем том, что во главу угла у нас ставится авторское кино, по сути своей предполагающее профессионализированное размышление, творческое соучастие публики в кинематографическом процессе. Какое же вопиющее противоречие между требованиями к зрителю и вниманием к нему.

Оставим даже в стороне авторский кинематограф. Публика в любом случае должна находиться в фокусе внимания. Перефразировав часто цитируемую мысль, можно сказать, что фильм вне его зрительского восприятия является таковым лишь в возможности, а не в действительности. Зритель – не пассивный объект и даже не просто субъект восприятия фильма. Он своего рода исполнитель кинопроизведения, творец его социальной жизни. Это “исполнение”, собственно, предназначено только для себя, а потому, хотя мы вправе говорить, что зритель должен быть художественно образованным, у нас нет оснований требовать от него профессиональной образованности. И это противопоставление, кстати говоря, дает выброс той самой интеллектуальной энергии, которая питает извечный спор о том, должно ли “самое массовое” быть понятным массам или понято ими.